Чайный путь…一куда и как идти?!..

Снова об Экономическом коридо­ре

С того момента, когда, в присутствии ли­деров Монголии, России и Китая, была под­писана Программа создания Экономического коридора между нашими странами, тема Чай­ного пути стала не просто модной, но и акту­альной. Дело в том, что в Плане мероприятий по выполнению вышеуказанной Программы в 29-м пункте было указано буквально следую­щее: «Продвижение бренда Великого чайного пути». С этого момента заниматься этой те­мой пришлось уже государственным органам управления туризмом наших трех стран. Наи­более ответственно к этой задаче отнеслись, как всегда, наши китайские товарищи. На го­сударственном уровне тема Великого Чайного пути была закреплена за Управлением туриз­ма Автономного района Внутренней Монго­лии. В соответствии с этим, они обеспечили создание так называемого Консорциума Ве­ликого Чайного пути (в который вошли, в основном, чиновники от туризма городов и регионов вдоль предполагаемого междуна­родного туристского маршрута), они органи­зовали несколько туристских поездов от Хар­бина до Иркутска, два-три автопробега под лозунгами Чайного пути и провели несколько мероприятий, в том числе три «встречи министров туризма России, Монголии и Китая».

Но был еще один слой, где тема Чайного пути также поднималась на государственном уровне, а именно 一 на заседаниях рабочих групп по реализации Экономического кори­дора. На них мне тоже довелось выступать с презентациями и докладами. А презентовали мы свой проект «Возрождение Чайного пути. Создание точек опоры», в котором предлага­ем формировать инфраструктуру этого меж­дународного туристского маршрута на базе так называемых «уртонов» — комплексных объектов, сочетающих в себе обычную при­дорожную инфраструктуру со специализиро­ванными туристскими объектами, например 一 с историческими парками на тему как раз Чайного пути. Напомню, уртоны 一 почтовые станции во времена хана Угэдэя.

Мне удалось лично переговорить по теме Чайного пути с президентом Монголии Х. Баттулгой, и он проявил к ней самый непод­дельный интерес. Ему я рассказал, что Вели­кий Чайный путь 一 это вовсе не гигантский гастрономический тур, а обозначение общего направления китайского массового турпото- ка в Россию. В том числе и через Монголию. И в первую очередь 一 через Монголию. Я сказал президенту Х. Баттулге, что для того, чтобы Монголия получила от Чайного пути, от ту­ризма вообще ощутимую отдачу (действи­тельно заметную в структуре национально­го ВВП), ей надо создать такие условия, при которых десятки тысяч китайских туристов смогут поехать через Монголию на Байкал. А это значит, как минимум, решить вопрос или вообще об отмене виз для китайских граж­дан, или начать выдавать электронную визу практически всем, кто захочет поехать таким маршрутом. Только тогда китайские туристы, проезжая через Монголию, будут покупать местные товары и продовольствие, платить за проживание, и тем самым делать конкретный вклад в повышение социально-экономическо­го уровня местного населения. Но при этом необходимо провести воспитательную работу среди этого населения. Иначе местные очень быстро устанут от кратно увеличившегося количества китайцев на своей территории и просто начнут их бить… Если в Монголии не смогут изменить отношение к китайским туристам, если не обеспечат их безопасность, а также не обеспечат минимальный уровень воздействия китайского турпотока и на при­роду Монголии, и на ее население, то планы получать ежегодно один миллион туристов (а вместе с ними 一 и миллиарды долларов прибыли от туризма) в год так и останутся мечтой. Потому что кроме китайцев, ближай­ших соседей Монголии, ни один туристский рынок (Европа, США, Япония и прочие) не обеспечат взрывной рост въездного туризма в эту страну. При этом китайцы, в отличие от западных туристов, могут ехать через Монго­лию на Байкал круглогодично.

Китайские туристы Монголии не нужны?!..

До того, как Х.Баттулга стал президентом Монголии, он серьезно занимался бизнесом, в том числе и туристическим. Поэтому он хо­рошо понимает важную роль туризма в эко­номике Монголии. Но от многих монгольских чиновников я в дальнейшем слышал неодно­кратно, что “Нам китайские туристы не нуж­ны! Мы опасаемся китайцев!”.

Таким образом, у меня постепенно сло­жилось мнение, что Монголия не просто не готова всерьез заниматься проблематикой Чайного пути, рискуя при этом «заморозить» огромный и при этом возобновляемый ре­сурс, но и станет серьезной преградой на пути китайского турпотока в направлении Бай­кала. Если китайские туристы не смогут на­прямик проехать в Россию через Монголию, то они или отправятся к нам через Маньчжу­рию и Забайкальск, или прилетят в Иркутск/ Улан-Удэ самолетом, или вообще выберут для поездки другую страну, например 一 Вьетнам. А это уже впрямую касается интересов Рос­сии. Складывающаяся ситуация с Монголией должна будет учитываться в прогнозах эко­номического развития сибирских регионов, при расчете формирования туристской ин­фраструктуры в Бурятии и Иркутской обла­сти, в Забайкалье. Например, вопрос: какой планировать инфраструктуру пограничного перехода «Монды — Ханх» (это недалеко от монгольского озера Хубсугул), с учетом ки­тайских туристов или без них?!..

В том случае, если предполагаемый китай­ский турпоток свернет в сторону Маньчжу­рии и Забайкальска, то он, естественно, будет значительно меньше, чем мог бы быть, это с одной стороны, а с другой… — Монголия не­дополучит миллионы (если не миллиарды, в пролонгированный период) долларов в свой национальный бюджет. И это только из-за того, что сегодня в Монголии никто, даже на самом высоком туристском уровне, не готов (и не хочет) всерьез обсуждать проблема­тику Чайного пути. Нет ни одного научно­го коллектива или рабочей группы, которая бы, скажем, изучала опыт других стран по нейтрализации рисков и негативных послед­ствий туризма. Например, опыт той же Се­верной Кореи, где, несмотря на колоссальные идеологические и политические издержки и риски, вовсе не отказываются от приема ту­ристов из ненавистной Южной Кореи!..

Монголы вообще не хотят видеть китай­цев (пусть даже и туристов) на своей терри­тории, в своих сомонах, и тем более — в Улан- Баторе. Поэтому надо искать варианты, при которых вероятность соприкосновения тури­стов с населением будет максимально мини­мизирована. И эта проблема решаема.

Что делать?

Имея довольно большой опыт (а конкрет­но — с 1980 года) работы в туризме — и в ре­альном туристском секторе, и в качестве чи­новника на региональном уровне, объездив многие аймаки Монголии, изучая опыт развития экологического туризма в других странах, я хочу высказать и свои соображения насчет перспектив развития китайского туризма в Монголии.

Первое, я считаю, что Монголии действи­тельно нельзя отказываться от вовлечения в эффективный хозяйственный оборот тех туристских ресурсов, которые будут востре­бованы китайскими туристами. Но надо ска­зать, что на самом деле китайцев в Монголии интересует очень немногое. Так, природа во Внутренней Монголии очень похожа, а ме­стами намного ярче, выразительнее. Культура монголов по обе стороны границы идентич­на. Поэтому надо создавать новые мотивации для того, чтобы задержать на своей террито­рии каждого китайского туриста как можно на большее количество дней. То есть полу­чить с него не за один туродень, а за два-за три. Например, надо рассказывать, что в Монголии китайские туристы, например, мо­гут купить европейские бренды: косметику, одежду, обувь. Мало кто в Китае знает, что в Монголии качественные натуральные продо­вольственные товары. А главная мотивация 一 это то, что в Монголии сохранился традици­онный кочевой образ жизни и естественная природная среда. Поэтому не надо предлагать китайским туристам Улан-Батор, а надо везти их по таким маршрутам, которые обеспечат знакомство с природой этой страны. Я пред­лагаю новый маршрут, который мог бы назы­ваться Зеленый Чайный путь.

Зеленый Чайный путь

Этот маршрут мог бы начаться в Алашань- ском аймаке Внутренней Монголии, в хошуне Эцзин-ци. Трасса такого маршрута обозна­чена зеленой линией на карте на следующих страницах. Она пройдет через пограничный КПП «Порт Цэке» (КНР) — Шивээ-Хурэн (Монголия) и сомон Гурвантэс, куда дорога из Китая уже построена. Оттуда 一 на озеро Орог-нуур, потом через горы Хангай с посе­щением озера Тэрхийн-цаган-нуур. А оттуда, в общем-то, недалеко до Хубсугула, от кото­рого, в свою очередь, всего 200 км до Байкала. Те, кто знает Монголию, подтвердят, что этот маршрут обеспечит знакомство с основными природными зонами этой страны. А чтобы китайским туристам составить хотя бы общее впечатление о России, им вполне достаточно будет посещения Улан-Удэ, Иркутска и тако­го всемирно известного природного объекта, как озеро Байкал.

Я понимаю, насколько сегодня нереаль­ным выглядит проект особой автотрассы для туристов из Китая по территории Мон­голии! Ведь у правительства нет денег даже на ремонт существующих дорог! Но новая меридиональная государственная автодорога Монголии все равно нужна. Здесь, в районе КПП Цэкэ — Шивээ Хурэн, можно сказать, на­чало такой дороге уже положено, так как от границы с Китаем до угольного месторож­дения Нарийн Сухайт построена автодорога протяженностью 56 км. Оттуда её продлили до Гурвантэса (это 25 км), а это значит, что как минимум 80 км такой меридиональной трас­сы уже существует! Надо найти возможность продолжить её на север! Где взять на такую дорогу деньги?!.. Может быть, надо исполь­зовать тот факт, что КНР сегодня вкладывает огромные средства в концепцию «Один пояс и один путь»? И при этом Си Цзиньпин уже не раз говорил о том, что Чайный путь 一 это «Северный коридор Пояса и Пути». И имен­но сегодня можно и нужно использовать мо­мент, потому что, условно говоря, завтра эта тема может стать для Китая неактуальной.

Благодаря Монголии мировой рынок туризма может получить международный маршрут «Зеленый Чайный путь». «Зеленый» не только потому, что дает возможность «по­гружения» в естественную природную среду, возможность увидеть разнообразные пей­зажи в нескольких природных зонах 一 от пустыни до горной тайги, но и потому, что «точки опоры», кемпинги/уртоны, на этом пути должны стать маленькими оазисами, где найдут себе пристанище не только пере­летные птицы, но и другая живность. При этом местного населения вдоль такого марш­рута немного, и туристы ему будут только в радость, так как будут давать возможность заработать. А туристов будет привлекать воз­можность проехать по Монголии, с одной стороны, по хорошей дороге и в хорошем ав­тобусе, а с другой 一 по почти не затронутым цивилизацией местам. Будь такая дорога (и уртоны на ней), то для Монголии она стала бы своего рода «туристским Транссибом», вдоль которого бы, как и в Сибири, начало форми­роваться население, но здесь специализирую­щееся на туризме, на реализации турбизнесу своей сельскохозяйственной и сувенирной продукции. Эта трасса могла бы стать «точ­кой опоры децентрализа
ции», в которых сегодня так нуждается Монголия. Действительно, иначе вско­ре вся страна переселится в Улан-Батор…

Заканчивая, хочу сказать

В ближайшее время Китай столкнется с про­блемой резкого сокра­щения спроса на турист­ские поездки в Европу, в США, да и во многие другие страны, потому что китайцы будут про­сто бояться туда ездить. Но в России отношение к китайцам из-за корона­вируса почти не измени­лось. Хотя, конечно, без эксцессов не обошлось. Поэтому проект Зеленый Чайный путь — это воз­можность создать новый и очень ёмкий “коридор” для взаимных туристских обменов между Россией и Китаем. Если он будет создан, то может сформироваться устойчивый спрос на поездки в Китай по новому маршруту и среди российских туристов. Действи­тельно, тогда появится уникальная воз­можность за одну поездку увидеть и родину Чингисхана, и уникальные при­родные и культурные объекты Внутрен­ней Монголии (закончив поездку, напри­мер, в Хух-Хото или в Пекине).

Эта тема — тема Нового Великого Чай­ного пути 一 сегодня, когда вся мировая индустрия туризма из-за коронакризиса стоит одной ногой в могиле, выглядит, мягко говоря, неактуальной!.. Но, с дру­гой стороны, этот кризис подталкивает нас искать новые возможности для вза­имодействия, для перехода всей системы международных отношений на новый уровень. Он также подталкивает нас, три соседних страны, более ответственно от­нестись к вопросу ускорения реализации проекта Экономического коридора Ки­тай — Монголия — Россия и его туристской составляющей- Зелёного Чайного пути.

Владимир БЕРЕЖНЫХ, главный редактор издательского проекта «Евразийское обозрение»

ПЕРЕВОД: ЧЭНЬ Чуньмэй, представитель журнала «Россия и Китай» в провинции Цзилинь